«Товарищ» стал «господином», но сути это не меняет

Я решил больше не обращаться к западным правительствам с просьбами поддержать демократию в Центральной Азии. Я делал это слишком часто. Со времени зарождения демократического движения в этом регионе в 1989 году я призываю Запад не доверять деспотам и поддержать демократию в Центральной Азии. С тех пор изменилось только одно. В 1989 году эти деспоты были первыми секретарями коммунистической партии в среднеазиатских республиках. Сегодня же их называют президентами независимых государств.

Прошло 16 лет с тех пор, как первый секретарь коммунистической партии Узбекистана стал первым узбекским президентом. Ислам Каримов перестал быть «товарищем» и стал «господином». В то время меня часто спрашивали: «Как вы думаете, способен ли Каримов провести реформы?» Сменилось поколение, и уже другие люди задают тот же самый вопрос. Я всегда отвечаю на это, что коммунисты по своей природе неспособны к проведению реформ. Михаил Горбачев, Борис Ельцин и другие реформаторы, скорее, исключение из этого правила, но даже они допустили ряд ошибок в своей реформаторской деятельности.

Сейчас, после того, как в прошлом месяце узбекская армия и полиция убила в Андижане сотни мирных демонстрантов, думаю, ни у кого не осталось иллюзий о том, способен ли узбекский тиран изменить свой образ мышления и свои поступки.

13 мая на центральной площади Андижана собрались около 30 тысяч человек, для того, чтобы выразить свой протест против бедности и репрессий со стороны правительства. По последним данным независимых правозащитных организаций, в тот день было убито около тыcячи демонстрантов, в том числе женщины и дети, и около трех тысяч демонстрантов получили ранения. Сразу же после этого кровопролития, Каримов приказал арестовать всех участников демонстрации.

Не называйте эти цифры преувеличением. Не говорите о том, что не хватит тюрем для такого большого числа арестованных. Президент Каримов покрыл Узбекистан сетью тюрем и лагерей. К примеру, тюрьму в Джаслыке называют «местом, откуда не возвращаются».

В своей статье газета Independent сравнила произошедшее в Андижане с резней на площади Тяньаньмэнь в Китае в 1989 году. Но разница вот в чем: весь мир выражал свои симпатии студентам, которые вышли на площадь Тяньаньмэнь, в то время как сегодня обращается мало внимания на беды тех детей и женщин, которые вышли на площадь Бабурa в Андижане. Два наших больших соседа, Россия и Китай, назвали произошедшее в Андижане внутренним делом Узбекистана, не выразив осуждения диктатору-убийце.

Только у Великобритании оказалось достаточно храбрости для того, чтобы публично осудить убийство мирных демонстрантов. И это сразу же привело Каримова в замешательство. Он начал говорить о том, что не было приказа открывать огонь по демонстрантам. Представьте, что было бы, если бы было больше таких правительств, которые бросили вызов трусливому диктатору. Но никто другой не осмелился его огорчить.

Получив такой удар, Каримов ударил в ответ. Каримов обвинил своих оппонентов в стремлении создать исламский халифат – когда люди просто хотят жить достойной жизнью – и заявил, что узбекский народ не примет «средневековые ценности». Таким образом, Каримов попал в самую точку, ведь его деспотизм как раз и является «средневековой ценностью». Узбеки не захотели смириться с этим, и поэтому они выразили свой протест в Андижане. Каримов разгневан тем, что зарубежная пресса обвиняет его в убийстве 500 человек, в то время как он заявляет, что было убито 176 человек.

Каримов позволил иностранным дипломатам посетить Андижан, но сделал все возможное для того, чтобы не дать этим дипломатам встретиться с простыми людьми – жертвами террора со стороны государства. Опасаясь огласки своих преступлений, Каримов отверг призыв Генерального секретаря ООН Кофи Аннана провести независимое расследование событий в Андижане. Каримов считает, что таким образом он может скрыть следы своих преступлений. Он может похоронить массу убитых людей, но невозможно «похоронить» это преступление. Это настолько огромное преступление, что его видно из любого уголка мира. Трудно не увидеть это преступление, разве что специально закрыть глаза, как это делают другие лидеры на территории бывшего Советского Союза.

Исходя из вышесказанного, я решил больше не писать обращений к так называемым «мировым лидерам». Мне и другим диссидентам лучше задуматься о том, какими должны быть дальнейшие действия узбекской демократической оппозиции.

Режим Каримова опирается на армию, полицию, а также международную поддержку, которую Узбекистан получает как участник антитеррористического альянса. Узбекская армия все еще сильна, в полиции начинается брожение, а международное сообщество пытается дистанцироваться от узбекского режима, но пока безуспешно.

Нам необходимо работать с армией и милицией. Нужно сделать так, чтобы генералы и офицеры спецслужб перешли на сторону народа. То же относится и к милиции. Большую роль может сыграть общественность в тех странах, чьи правительства являются стратегическими партнерами режима Каримова. Они могут надавить на свои правительства с тем, чтобы они провели переоценку своих отношений с Узбекистаном. Каждый, кто заявляет о своей любви к свободе, должен не только получить ее сам, но и помочь другим завоевать ее.

Узбекская оппозиция способна освободить свою страну от оков деспотизма. Я не призываю Запад поддерживать демократию в Узбекистане. Я призываю Запад не оказывать поддержку таким людям, как Ислам Каримов.

The Wall Street Journal,
24.06.2005

http://www.inopressa.ru/wsj/2005/06/24/12:18:46/tiran

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *