Уолл-Стрит, Манежная или Площадь Тахрир?

[youtube http://www.youtube.com/watch?v=hUwvZjpWW8g]
Слово «демократия» стремительно теряет свою магию (притягательность). Настолько, что все чаще бывают случаи, когда нам неловко произносить это слово. Возможно, оттого, что тут же, рядом это слово употребляют и диктаторы, причем с высокой трибуны Брюсселя или Лондона. Глядя на Запад, мы затыкаем уши, потому что оттуда слышны омерзительные голоса наших могильщиков демократии, воспевающих усопшую.Я говорю о той демократии, которую в 1987 году Рональд Рейган перебросил через Берлинскую стену на Восток. Незадолго до того, как вышел из 27 летнего заключения Нельсон Манделла. Незадолго до того, как появилась на стене Пражского Града тень политзаключенного Вацлава Гавела. И мы, граждане СССР, патриоты своих «15-ти суверенных республик», испытывали безоглядную веру в западные ценности и не хотели слушать ни о какой альтернативе, кроме Западной демократии.Взирая с высоты этой эйфории, мы были уверены, что Запад ждёт и не дождётся, чтобы нас — угнетённые народы! — прижать к своей надушенной парфюмом свободы груди .И когда пал Советский Союз, мы облегченно вздохнули, думая, что упало главное препятствие нашему свиданию со свободной Европой. Мы в один день стали «независимыми государствами».Прошли первые всеобщие выборы в этих государствах. На выборы пригласили наблюдателей из Запада. Делегации сенаторов и конгрессменов, увидев подтасовки выборов, сказали что «это нормально, радуйтесь тому, что есть выборы вообще, пусть с фальсификацией, но они проходят». Мы не верили собственным ушам. Они звенели. Это была первая оплеуха, полученная нами от нашей возлюбленной — демократии. Это был наш первый опыт двойного стандарта в политике.Запад горячо уверял нас, что мы пока не достойны большего, нам вполне достаточно этой бутафории на данном историческом отрезке. Исторический же отрезок действительно был своеобразным: коммунистические боссы, за 24 часа превратившись в антикоммунистов, поднялись на трибуны и поклялись — кто на Библии, кто на Коране — что они до конца жизни будут защищать интересы этих независимых государств. И они сдержали свое слово: в течении 22-х лет ни один из них не отлучился от поста — на который, как они уверяют, поставил их народ — и продолжают «защищать» «интересы народа». Отлучить их оттуда может только революция, государственный переворот или, в лучшем случае, смерть.В такой ситуации Россия, как бывший центр империй (Царской, потом Советской) занимает исключительное положение. Точнее говоря, она стала занимать такое положение. Дело в том, что с первых лет так называемой независимости наших государств, у некоторых сложилось мнение о том, что Запад поддерживает народ, а Россия — диктаторские режимы. Действительно, Россия все эти годы поддерживала эти режимы и не играла ни в какие демократии.Но когда геостратегическая борьба за Центральную Азию (ЦА) достигла своего апогея, Запад неожиданно отрекся от всех своих требований демократии и прав человека, отменил свои санкции к диктаторским режимам и встал в один ряд с Китаем, который был ярым сторонником и помощником этого режима.То есть, Запад обогнал Россию на повороте и вышел на финишную прямую в гонке за влияние в ЦА. Нет сомнения, кто бы ни был победителем президентских выборов в России, он всеми силами будет пытаться взять реванш за утраченные позиции в этой схватке.Мы за того, чтобы Россия активно участвовала в уравновешивании баланса сил в ЦА. Это очень важно, при усиливающимся Китае, его бесшумной гражданской экспансии в западном направлении.Что касается либерализации наших обществ, скепсис по отношению к Западу, его принципам демократии и свобод, продолжает усиливаться среди сторонников изменения статусa-кво в странах ЦА.Думается, народы ЦА в процессе пробуждения и в борьбе за свободу с диктаторскими режимами больше вдохновятся позитивными сдвигами в России, нежели движением «Захвати Уолл-стрит», даже «Арабской весной». То есть, Россия для постсоветского пространства не только продолжает оставаться одним из главных субъeктов, с которым так или иначе считаются, советуются, дружат «во имя национальных интересов», но и объектом социального подражания.Мухаммад САЛИХ